279 • 
Кажется, что пиар появился только вчера, вот буквально на днях. На самом деле это древнейшая профессия, как и журналистика. Разница только в том, что журналист освещает события, а пиарщик их придумывает. Мы поговорили с экспертом Константином Скачковым, который освоил обе эти профессии и поэтому может объяснить сразу много точек зрения.
Константин, как начиналась ваша карьера в пиаре?
- 1 апреля исполнилось ровно 32 года, как я работаю, причем я работаю по трудовой книжке, на самом деле, раньше. А первая запись – генеральный директор. Возглавлял большую торговую компанию, которая росла и развивалась как раз в то время, когда торговали все. Был в составе группы предприятий и рекламного отдела, который потом перерос в рекламное агентство. Скажем так, нишевое. Я там был учредителем и, конечно, креативщиком, ну тогда почти все были креативщиками. Кстати, многому научился у Олега Тинькова, например, пользоваться электронной почтой. Ну и паблисити, он на пальцах объяснил, как делается – «соберешь на презентации побольше журналистов, а потом фуршет. Причем надо, чтобы еды было мало, а выпивки много, и обязательно драка в конце банкета. Вот тогда все напишут бесплатно». Драки не было, но написали все.
А потом Москва?
- Да, в 98-м я переехал в Москву, хотя я практически жил там и в Питере с 95-го уже 2-3 командировки в неделю. Но я тогда другим занимался, торговлей, логистикой, консалтингом, во всех смыслах этого слова. Причем, как-то больше мне по душе был консалтинг. Потому что всегда что-то новое, новые люди, новый бизнес, новые страны. А пиар, маркетинг - это неотъемлемая часть любого бизнеса. Вот поэтому я считаю себя пиарщиком с тридцатилетним стажем. Но вы знаете, моя бизнес-жизнь такая плотная, что год за три — это точно. Вот чтобы совсем сосредоточиться на маркетинге и пиаре, это уже 2011 год.
Вы в других странах тоже работали, есть ли разница?
- Да, я много работал, особенно в Латвии, в Риге, был офис и склад, и даже квартира в Юрмале. Но и с Германией, и с Нидерландами, Италией, Францией. В принципе, в бизнесе люди похожи, вне зависимости от места проживания. Есть, конечно, нюансы, у нас в 90-е и нулевые было очень сильное влияние административного ресурса. То есть не всегда нужно было быть талантливым продавцом или рекламщиком, а вот уметь договариваться - это компетенция нужна и везде, и всегда. Я вроде умею. Бывают смешные случаи, когда я лоббирую какие-то сделки или контракты между людьми, которые находятся очень далеко от меня. При этом они живут в одной стране и в одном городе, но вот как-то со мной легче. А что касается рекламы, у них это давно, и культура совершенно другая. Что говорить, если о социальном пиаре там начали говорить уже в конце 60-х, а потом кейсы, которые вошли в историю, это и BP, American Express, у нас начали понимать необходимость социального пиара совсем недавно и не совсем правильно. С этой точки зрения работать там легче. Но у нас более креативные люди, более находчивые, наши, на маленьких бюджетах или вообще без их участия, могут сделать чудо.
Почему журналистика?
- Можно сказать, случайно. Я всегда писал, это были презентации, обоснования, бизнес-планы. Но в 2012 году мы решили издавать журнал бизнес-формата, по франшизе, и по условиям, главным редактором, почему-то должен был быть мужчина. Мне тогда было сорок, и я подумал, что вот буду главным редактором, мне будут приносить тексты, а я буду смотреть и править их. Но это не так работает, я стал писать сам, причем очень много. Когда сдал первый номер в печать, не спал сутки, думал, кому это может понравится. Оказалось – нравится, с тех пор и пишу как журналист, и интервью беру, и расследования, ну все как у людей.
А как журналистское сообщество к вам относилось (относится)?
- Ну тогда, много лет назад, так, можно сказать негативно, очень многие из старшего поколения, желчью исходили – да какое ты имеешь право. Но как-то меня всегда интересовало прежде всего мнение читателей, если статья коммерческая, то, конечно, заказчиков, мнение коллег, исключительно тех, кого я уважаю и кому я верю. Таких немного. Кстати, меня и в социальных сетях, в которых я случайно тоже появился, меня принимали тоже так, типа мы в Фейсбуке с 1913 года, а тебя не знаем. А у меня траффик сумасшедший, были посты, на которых по тысячи комментариев. И кстати, я для этого специально ничего не делал, просто писал какие-то свои мысли, какие- то свои кейсы, какие-то истории, и все. Давно это было. Социальные сети всегда для меня в первую очередь были как возможность общаться с людьми, собственно, для чего их придумали. Ну и как поддержка клиентов, ведь в своих аккаунтах я уверен, я знаю аудиторию, ее потребности и так далее.
Сейчас вы ведете свои аккаунты в видеоформате. Почему остановились именно на этом способе коммуникации с аудиторией?
- Я был продюсером и ведущим авторских программ на РБК (региональном). Просто интервью, просто беседы с интересными людьми, и заходило. Я думаю, что тут как раз помогло отсутствие профессиональной деформации, я просто делал так, как чувствовал. И до сих пор эти программы есть в Ютубе, и иногда натыкаюсь случайно, смотрю и думаю: а ведь неплохо, хотя очень много лет прошло. В Инсте я достаточно давно, но больше писал всегда, мне это было как-то ближе. А вот в Тик-Ток зашел и сразу рейтинг, хотя тогда все говорили: ну что ты, посмотри на себя, это же не твоя целевая аудитория. У меня был контраргумент – моя аудитория – это все русскоязычные, вне зависимости от того, сколько им лет. И просто читал новости, ну в их формате, и просто миллионы просмотров, я как-то особо не следил, но было месяца по 10-15 просмотров. А потом случилось то, что случилось. Плюс у меня в 2022-2024 годах были очень сложные контракты, и я практически забросил соцсети. В начале года как-то посвободнее стало, и я решил: а почему нет? Но я все-таки профессиональный пиарщик, поэтому подошел системно, прям проект VSKACH (ВСКАЧ) и сразу в Инсте, Тик Токе и в Телеге, рубрикатор, системность, концепт, все что вам говорят ваши пиарщики. Как результат – меньше чем за месяц, большие просмотры и большая обратная связь.
Вам это нравится?
- Мне по жизни вообще нравится все, чем я занимаюсь, всегда. Но вот быть публичным, иметь возможность влиять на общественное мнение – это круто. Тут не вопрос денег, тут вопрос, что можно реально помогать людям, и в профессиональном, и в жизненном плане. Есть много благотворительных проектов, которым я помогал на протяжении многих лет, а сейчас помочь можно быстрее и эффективнее. Меня несколько раз звали в большую политику, и я всегда спрашивал: а зачем? Ну типа влиять, менять жизнь к лучшему. Так я и так могу это делать, и делаю, и буду делать. Ну и в профессиональном плане это здорово помогает. Как можно пиарить человека или Бренд, если ты не умеешь делать это с собой? Небольшие проблемы со временем, правда, возникают, но это легко исправить. Есть команда, можно ее увеличить быстро.
Какие направления вы считаете своими самими сильными?
- У меня много кейсов по самым разным направлениям: и брендинг, и event, и маркетинг и пиар. Последнее время я сосредоточился на личном пиаре и пиаре бренда. Как-то это ближе и больше нравится. Если говорить по направлениям бизнеса, то плюс минус занимался и работал почти по всем, и рестораны (рестораторы), и отели, и торговля, и застройщики, риэлторы, и заводы- пароходы, и юристы, и медицина, даже политика (политики) но в меньшой степени. Много проектов в социальной сфере было и есть, и фонды, и ассоциации. Космосом, пожалуй, не занимался. Очень сложное, но очень сильное с точки зрения и кейсов и компетенций – антикризисный пиар, деловая репутация. То есть эта такая оборотная сторона черного пиара. Это тяжело эмоционально, и физически, делать нужно быстро, но получается. Есть кейсы, которые не сходили с первых полос и из эфира еще совсем недавно. Но такие кейсы не принято публиковать. Позвольте мне оставить какие-то вещи в своем профессиональном склепе (смеется).
Фото: пресс-служба
